Меню Рубрики

Бронхиальная астма у лыжников

В связи со скандалом вокруг одного из сильнейших лыжников последних лет Мартина Йонсруда Сундбю, который был пойман на превышении дозы разрешенного противоастматического препарата в период с 13 декабря 2014 по 8 января 2015 года, в очередной раз поднялась дискуссия о правомерности употребления препаратов для улучшения функции дыхания в спорте.

В случае с Сундбю диагноз астма был поставлен спортсмену еще в детстве. Препарат был прописан врачом и одобрен комиссией ВАДА. Однако у Сундбю в пробах два раза было найдено многократное превышение вещества относительно рекомендованной дозировки, что навело сотрудников ВАДА на мысль, что лыжник использует препарат в качестве допинга.

После длительного разбирательства антидопинговая комиссия международной федерации лыж FIS пришла к выводу, что Сундбю превысил дозу ненамеренно, а в результате врачебной ошибки, но ВАДА с этим решением не согласилось, подало в суд, выиграло дело и наказало норвежца.

Более того, ВАДА начало спонсировать научные исследования, которые могут доказать, что повышенные дозы противоастматических препаратов могут иметь допинговый эффект. До сегодняшнего было принято считать, что такие препараты помогают только астматикам. Однако новые исследования могут кардинально поменять взгляд ученых на этот вопрос.

Так или иначе дело Сундбю подняло большой шум вокруг практики применения противоастматического лечения в спорте. И выяснилось, что лекарства этого ряда применяют не только те, кто имеет диагноз астма, но и здоровые атлеты.

В частности, ряд норвежских атлетов, среди которых Тереза Йохауг, Эрик Брансдал, Финн Хоген Крогх и др., заявили, что, хотя они не болеют астмой, в тех случаях, когда они испытывают затруднения с дыханием или сильно кашляют, врачи норвежской сборной выписывают им противоатсматические препараты. Эти лекарства не входят в запрещенный список ВАДА и специальных разрешений не требуют, однако подобная практика ставит под сомнение утверждение, что препараты помогают только при наличии астмы.

Реальный процент астматиков в сборных мира неизвестен. В широких болельщических кругах принято считать, что наибольшее количество астматиков выступает за сборную Норвегии. Но это лишь слухи.

Норвежские журналисты NRK попытались узнать, как обстоит дело с лечением астмы в других сборных.

Немецкая сборная заявила, что не дает противоастматические препараты атлетам без соответствующего диагноза. Такую же позицию высказали финны.

А вот в Ассоциации лыжных видов спорта России рассказали, что на противоастматических лекарствах сидят Александр Легков и Илья Черноусов, хотя диагноза «астма» у них нет.

Это очень интересная новость. Особенно в свете того, что 20 июля 2016 года президент ФЛГР Елена Вяльбе в интервью газете Спорт-Экспресс заявила следующее:

«— В вашей сборной кто-то использует эти препараты?

— Нет. Было много проверок, но никто не болен.

— И никто в России не использует лекарства от астмы?

— Нет. У нас был юниор, который применял лекарства от диабета. Об астме я не слышала».

Через два месяца 21 сентября 2016 генеральный секретарь Ассоциации лыжных видов спорта России Георгий Мнацаканов опроверг слова Вяльбе (NRK):

«Легков и Черноусов не страдают астмой, однако присутствуют симптомы данного заболевания. Они принимали соответствующие препараты, когда проявлялись симптомы».

В тот же день Вяльбе, наконец, вспомнила, что в ее сборной-таки есть случаи применения противоастматических препаратов, но опровергла предыдущего оратора в той части, где говорится об отсутствии диагноза. Оказывается астмой болеют сильнейшие лыжники сборной России — Олимпийский чемпион и бронзовый призер ОИ и ЧМ, и Елена Валерьевна знает об этом с 2012 года, но в июле 2016 как-то запамятовала:

«Еще до Игр в Сочи, если я не ошибаюсь, в 2012 году, ребятам был поставлен диагноз – один из видов астмы, – заявила Вяльбе СЭ. – Их смотрел в Давосе швейцарский врач, были проведены все необходимые обследования, после чего выписаны медикаменты. Естественно, все было сделано четко по правилам. И более того, я думаю, ребята уже давно эти препараты не используют, я уже очень давно у них ничего подобного не видела».

Теперь вопрос о применении противоастматических препаратов в сборной России можно считать проясненным: да, россияне тоже используют эти препараты. Остается секретом только, есть ли у них диагноз и разрешение на эти лекарства.

Российские чиновники путаются в показаниях. Спортсмены отказываются от комментариев.

Теперь одна надежда — на хакеров Fancy Bears’. Они ведь так любят выкладывать терапевтические разрешения атлетов из системы Адамс. 🙂

источник

Реалии современного спорта таковы, что для достижения высоких результатов необходимы новые подходы во всех направлениях спортивной науки, включая медицину. Норвежские лыжники и биатлонисты – яркий пример нестандартного обхода существующих антидопинговых мер.

Разрешение выдается спортсмену, в случае если аккредитованная антидопинговым агентством или спортивной федерацией медкомиссия, в которую входят не менее трех врачей, установит, что без применения запрещенного вещества состояние здоровья атлета существенно ухудшится, причем альтернативного лечения не существует, а применение такой субстанции в прописанных дозировках не окажет существенного влияния на спортивные результаты.И вот, коварная астма подкралась к молодым неокрепшим организмам и поразила лидеров сборной Норвегии по лыжам и биатлону,

Астма — хроническое заболевание, которое характеризуется кратковременными приступами удушья, обусловленное спазмами в бронхах и отёком слизистой оболочки.

Получив терапевтическое исключение спортсмены могут облегчить дыхание во время колоссальных нагрузок и получить ощутимое преимущество перед конкурентами, ведь противоастматические средства (действующее вещество — сальбутамол, считается допингом) способствуют расширению дыхательных путей и бронхиальных тканей.Информация о таких исключениях считается конфиденциальной и не разглашается, но часто сами спортсмены проговариваются. В итоге стало доподлинно известно о следующих спортсменах больных астмой, которые сейчас входят в лидеры мирового биатлона.

Вид спорта: лыжные гонки
Дата рождения: 26 сентября 1984
Достижения на ЧМ-2019:
— золото в разделке на 15км;
— золото в эстафете;
— бронза в скиатлоне 15+15км.

Норвежская сборная лишь однажды не смогла доказать законность принимаемых лекарств. Мартин Йонсруд Сундбю в июле 2016 года был признан виновным в нарушении антидопинговых правил, лишен титула победителя лыжного марафона «Тур де Ски-2015» и дисквалифицирован.

Врачи пытались доказать, что Сундбю болел с детства, а значит имел право употреблять препарат. Однако следствие установило: в допинг-пробе лыжника было обнаружено его содержание, превышающее допустимую медицинскую норму на 35 процентов. Когда дело дошло до Спортивного арбитражного суда, лыжника признали виновным. Однако норвежца отстранили всего на два летних месяца, когда главные лыжные соревнования не проводятся. Сейчас Мартин имеет терапевтическое исключение с большим допуском.

Вид спорта: лыжные гонки
Дата рождения: 13 августа 1990
Достижения на ЧМ-2019:
— золото в спринте свободным стилем;
— бронза в командном спринте классикой.

Она завоевала четыре золота мировых первенств и первое место на Играх в Сочи. В одном из интервью спортсменка после Олимпиады она заявила: «Без лекарства от астмы я не выступала бы в лыжных гонках. Я полностью завишу от него. Я не чувствую, что в этом есть что-то неправильное. Препарат просто поднимает меня до нормального уровня. Раньше я не могла бегать столько же гонок, что и остальные, потому что испытывала ужасные проблемы с легкими».

Вид спорта: биатлон
Дата рождения: 21 мая 1990
Достижения на ЧМ-2019: является одним из фаворитов предстоящего первенства мира.

Весной 2016 года тест на астму биатлонистки показал четкие отклонения, и ей был поставлен диагноз. Спортсменка использует атровент. «Сейчас я не принимаю лекарство на постоянной основе. Это так осуждается, что я решила отказаться от него» — сообщила не так давно Экхофф.

Вид спорта: лыжные гонки
Дата рождения: 12 февраля 1991
Достижения на ЧМ-2019: 10 место в марафоне свободным стилем

На чемпионате мира 2017 года у Рагниль врачи неожиданно обнаружили астму, теперь она периодически вынуждена пользоваться препаратами.

Вид спорта: лыжные гонки
Дата рождения: 2июля 1988
Достижения на ЧМ-2019:
— золото в скиатлоне 15+15км;
— золото в эстафете.

Шюр Рете применяет небулайзер при болях в легких. «Я полностью доверяю нашему персоналу, будь то смазчики или врачи. У нас нет никаких новых порядков,» – говорит Рете.

Вид спорта: лыжные гонки
Дата рождения: 22 октября 1996
Достижения на ЧМ-2019:
— золото в командном спринте;
— золото в спринте свободным стилем;
— золото в эстафете.

В свои 22 года является трехкратным чемпионом олимпийских игр в Корее-2018 и трехкратным чемпионом мира Зефеельд-2019, а также в начале этого года выиграл общий зачет тура де ски доработав в гору. Астма у него проявилась на юниорском ЧМ-2016 в Румынии из-за высокой влажности. Теперь он имеет разрешение на применение небулайзера.

В повседневной жизни асматики достойны сочуствия и желания помочь, но, только не в том случае когда болезнь используется для различного рода махинаций.


ПОДПИШИСЬ. если любишь спорт
НАЖМИ ЛАЙК. если понравилась статья
СПАСИБО.

источник

Пока Мария Шарапова отбывает дисквалификацию за безобидный мельдоний, многие спортсмены совершенно легально употребляют сильнодействующие препараты от астмы, влияющие на дыхание и увеличивающие объём лёгких. При этом некоторые подобные лекарства, помогающие демонстрировать более высокие результаты, до сих пор не запрещены. Мало того, их возможный запрет вызвал негативную реакцию некоторых скандинавских спортсменов, например, шестикратной олимпийской чемпионки Марит Бьорген.

«Если все мы, у кого есть астма, не сможем принимать лекарства, у многих начнутся проблемы с лёгкими. Думаю, многие лыжники завершат карьеру, если эти препараты запретят», — цитирует Бьорген NRK.

Также норвежка рассказала, что надзор за употреблением спортсменами различного рода препаратов в последнее время серьёзно ужесточился.

«У нас в сборной произошли большие изменения ещё до старта сезона в Бейтостолене. Морскую воду теперь можно использовать только в вакс-трейлере, а если мы принимаем препараты по рецептам, то должны сами их приносить, поскольку врачи сборной больше их не выдают. Если же нужно принимать какие-то другие препараты, то мы должны проверять их на наличие запрещённых веществ сами, используя интернет», — добавила Бьорген.

К слову, на заболевание Марит обращали внимание даже соперницы. Например, полька Юстина Ковальчик в своё время предложила норвежке лучше работать на тренировках, а не в аптеке, подбирая специальные препараты.

«Я много говорила с тренером, мы побаиваемся людей, которые в середине сезона пропускают месяцы, а потом возвращаются ещё более сильными. Я могу во всеуслышание сказать: лекарства от астмы, которыми пользуется Бьорген, помогают лучше дышать. Ты становишься сильнее», — цитирует Ковальчик Sport.pl.

Наличие астмы у многих норвежских лыжников давно не является секретом. Так, в феврале заместитель председателя медицинского комитета Международной федерации лыжного спорта (FIS) Инггард Лерей рассказал, что около 40% всех лыжников болеют астмой. По его словам, дело здесь не в желании улучшить свои результаты за счёт приёма специальных лекарств, а в банальном переохлаждении. Якобы спортсмены, с детства страдающие от воздействия низких температур, в результате зарабатывают болезни лёгких. Чтобы решить эту проблему, в FIS даже планируют повысить минимальную температуру, при которой могут проводиться соревнования, с -20 °С до -18 °С.

Если в федерации говорили о 40% применительно ко всем сборным, то в команде Норвегии не побоялись признаться, что у них астмой болеют 50—70% лыжников, в том числе и Бьорген.

«Я не считал точное количество спортсменов, но 50—70% наших лыжников страдают астмой. Некоторые спортсмены каждый день употребляют медицинские препараты», — пояснил врач норвежской сборной Петер Ольберг.

В Норвегии данный факт принимают как данность, а в соседней Швеции всерьёз намерены бороться за внесение лекарств от астмы в список запрещённых, так как они явно помогают лыжникам работать лучше. Причём в стране намерены добиться цели до начала Олимпийских игр — 2018 в Пхёнчхане.

«Важно рассмотреть этот вопрос с медицинской и этической точек зрения. Мы выступаем за ужесточение правил и хотим, чтобы Международная федерация лыжного спорта и Международный олимпийский комитет сделали шаг в этом направлении», — заявил глава Национального олимпийского комитета Швеции Питер Рейнебо.

Сказать, что Всемирное антидопинговое агентство (WADA) совсем не борется с «астматиками», тоже нельзя. Так, летом прошлого года на весь мир прогремела история ещё одного норвежца, Мартина Йонсруда Сундбю. В допинг-пробах двукратного олимпийского призёра было выявлено повышенное содержание сальбутамола, который как раз и применяется для лечения астмы.

FIS посмотрела на это дело сквозь пальцы, но в WADA остались недовольны таким решением и обратились в Спортивный арбитражный суд. В результате спортсмен заработал двухмесячную дисквалификацию, которая к тому же пришлась на летний период — страшное наказание для представителя зимних видов спорта.

Мало того, примерно в то же время, когда зарабатывал свою «жуткую» дисквалификацию Сундбю, выяснилось, что препараты от астмы могли принимать и совершенно здоровые лыжники, не имевшие соответствующих разрешений от WADA. Об этом рассказал доктор Тур-Эйстейн Эндшё, долгое время работавший с норвежской сборной. По его словам, впервые пресловутые лекарства были использованы норвежцами в 1984 году на Олимпийских играх в Лос-Анджелесе. Спортсмены жаловались на сильную загазованность воздуха, и медицинский штаб нашёл нетривиальный способ решения этой проблемы.

Кроме того, в ноябре 2016-го выяснилось, что норвежцы во время юниорского чемпионата мира в Румынии активно использовали небулайзеры (приборы для проведения ингаляций). При этом врач сборной объяснил, что вынужден был сделать такое назначение из-за особых климатических условий: якобы у лыжников неожиданно проявились все симптомы астмы. При этом плохое самочувствие не помешало Йоханнесу Клэбо выиграть три золотые медали, и он, не стесняясь, признался, что тоже пользовался небулайзером.

После этого была создана специальная комиссия по расследованию употребления противоастматических препаратов норвежскими лыжниками, в которую вошли представители Финляндии, Дании, Швеции и Норвегии.

Стоит заметить, препараты на основе сальбутамола используются не только норвежцами. Употребляли их и российские лыжники — олимпийский чемпион Сочи-2014 Александр Легков и бронзовый призёр тех же игр Илья Черноусов.

источник

Норвежский пьедестал в мужском скиатлоне вызвал волну достаточно ярких комментариев по поводу того, что наш Денис Спицов проиграл трем норвежцам, которые скорее всего, конечно же, астматики. Эту тему, которая в последние годы начала затихать, подожгла новость о том, что сборная Норвегии взяла на Игры 6000 доз лекарств от астмы. «Матч ТВ» пытается разобраться, о чем идет речь, когда говорят о норвежских, британских, голландских астматиках, тактично забывая, что есть они и среди наших спортсменов.

Речь, как правило, об отдельном типе астмы, впервые выделенном на Западе и названном exercise-induced аsthma. Устоявшийся русский перевод «астма физического усилия». Это не та болезнь, которую диагностируют в детстве. Проблема носит совершенно другой характер и приобретается уже в зрелом возрасте при занятиях спортом.

Строго говоря, для этого нужна либо врожденная склонность к астматическим проявлениям, либо тяжелейшие условия тренировок. Порой это еще и совпадает. Проявляться проблема может в разных видах спорта, но наибольшее число случаев зарегистрировано у лыжников, биатлонистов и велогонщиков. Это связано с тем, что дыхание у спортсменов осуществляется крайне интенсивно и, чаще всего, холодным и влажным воздухом. У лыжников и биатлонистов – потому что виды зимние, а у велогонщиков – потому что гонка может проходить при холодной весенней погоде. Или трасса может пролегать через перевалы за 2000 метров над уровнем моря, где низкая температура даже летом.

При интенсивном дыхании холодный воздух не успевает согреться в носовых пазухах и сразу попадает в бронхи, вызывая их спазмирование. Любой человек, живущий в большом городе, где воздух чаще всего влажный, может попробовать резко вдохнуть полной грудью, выйдя на улицу при температуре порядка минус пятнадцати градусов. Большинство не сможет это сделать и закашляется. А теперь представьте, что так дышать вам нужно на протяжении часа гонки или двух-трех часов тренировки. Именно поэтому для компенсации дыхания холодным воздухом на тренировках используются специальные мундштуки, один из которых вы можете видеть на фото внизу.

У зимников есть такой термин «пробить легкие». Раньше он был и у конькобежцев, но сейчас они ушли под крышу, и это явление им уже почти незнакомо. При резких нагрузках на морозе, ускорениях в подъемы у лыжников и биатлонистов холодный воздух проходит до легких, промораживая всю дыхательную систему. Раздевалка после соревнований напоминает туберкулезный барак: все надрывно кашляют. Как правило, это проходит через несколько часов. Но регулярное повторение подобных вещей на соревнованиях и тренировках вызывает появление хронической проблемы.

После нескольких лет карьеры в этих видах спорта у некоторых атлетов при выполнении физических нагрузок бронхи сужаются, дыхание затрудняется и эффективность работы падает. За пределами нагрузки все в порядке, люди живут совершенно нормальной жизнью. Про такой тип астмы и идет речь. Чаще всего он именно приобретенный, хотя есть и случаи врожденного.

Человека помещают в условия, где он должен выполнять нагрузку. Это может быть беговая дорожка, велотренажер и так далее. Для зимников условия приближают к реальным, заставляя вдыхать при этом холодный воздух. Если фиксируются достоверные признаки астматических проявлений – это оно. Фиксируются они, скажу сразу, у подавляющего большинства людей, особенно если тестировать дотошно и именно с холодным воздухом.

Ну, почему же одни скандинавы. Подобные диагнозы ставятся атлетам по всему миру. Скажем, в Британии они поставлены футболисту Дэвиду Бекхэму (с детства), легкоатлетке Поле Рэдклифф и велогонщику Крису Фруму (в зрелом возрасте). К сожалению, у нас существует иллюзия, что российские спортсмены не имеют таких диагнозов и не пользуются соответствующими лекарствами. Однако доклад Макларена раскрыл, что астматики, имеющие разрешения на достаточно высокие дозы лекарственных средств, есть и в сборной России. Александр Легков, например.

Тут вопрос, скорее, в том, что иностранцы особо это не скрывают, ибо знают, что не нарушают правил, имея разрешение. А наши, даже получив его, стараются не афишировать данный факт. Особенность национального менталитета.

Но нельзя не заметить, что оформить диагноз в Скандинавии, да и вообще в Европе, намного проще, чем в России. Поэтому наши атлеты нередко предпочитают для получения статуса астматика съездить на тестирование в одну из европейских клиник.

Начнем с того, что ряд лекарств от астмы не является допингом и не требует разрешения при соблюдении дозировки. То есть их может использовать любой спортсмен в любой момент, просто купив в аптеке. При прохождении допинг-контроля ему лишь нужно указать в протоколе, что он применял этот препарат и отметить дозировку, то есть сколько пшиков из ингалятора делал в день.

Начиная с определенной дозировки, а некоторые препараты в любой дозировке – это допинг. И для его использования нужно то самое терапевтическое разрешение, которое оформляется, только если у вас есть соответствующий диагноз, подтвержденный документами.

Читайте также:  Что относится к базисному лечению бронхиальной астмы относится

Некоторые противоастматические препараты в высоких дозировках дают антикатаболический эффект, то есть способствуют укреплению мускулатуры. Для этого достаточно даже просто принимать их при помощи ингаляторов. В случае перехода на таблетированные формы, то есть дальнейшего повышения дозировки, проявляются такие эффекты, как повышение температуры тела и ускорение липолиза, что делает, например, кленбутерол популярным жиросжигателем. Однако еще один побочный эффект – сильный тремор рук, что исключает использование таких лекарств в высоких дозировках в биатлоне: невозможно будет стрелять. Прежде всего имеются в виду сальбутамол и кленбутерол, два самых популярных противоастматических препарата, с акцентом на первый. Второй именно для лечения астмы в последнее время используется не так активно.

Случаи лыжника Мартина Сундбю и велогонщика Криса Фрума, обвиненных в превышении разрешенной дозировки, как раз показывают, что даже спортсмены, имеющие разрешения на использование противоастматических препаратов, легко могут перейти границу, просто сделав несколько лишних ингаляций. Почему они их сделали? Один из российских спортсменов, имеющих разрешение на использование сальбутамола, признавался автору в том, что эта штука вызывает что-то вроде привыкания и необходимости повышения дозы, причем привыкание носит не физиологический, а скорее психоэмоциональный характер. Тебе кажется, что «недопшикал».

Мы все больные. Любая профессия формирует группу факторов риска по здоровью. У тех, кто сидит в офисе, развиваются сколиоз и ожирение, у работающих на стройке могут возникнуть проблемы из-за вдыхания строительной пыли, у ювелиров портится зрение, врачи порой заражаются от пациентов. Астма физического усилия – приобретенное профессиональное заболевание, которое компенсируется лекарственными средствами. Не более того. И скандинавы не виноваты в том, что их врачи легче ставят диагноз и быстрее начинают медикаментозную терапию, чем наши.

Опять-таки напоминаю: среди российских звезд, как выяснилось, астматиков, причем с подтвержденным диагнозом, тоже хватает.

источник

Кто и как получает «лицензию на допинг»

Норвежская лыжница Хейди Венг, несмотря на то, что принимает допинг в виде лекарства от астмы, на сочинской олимпиаде завоевала в скиатлоне лишь бронзовую медаль.

Золото в этом виде лыжного единоборства досталось Марит Бьёрген, которую называют великим астматиком. В Норвегии вообще эта болезнь очень распространена. Или все астматики этой небольшой страны обязательно занимаются зимними видами спорта. Самые тяжелые больные становятся чемпионами мира, Европы и олимпийских игр.

Так уж совпало, что в средство от астмы входит препарат сальбутамол, который, строго говоря, не запрещен. Его можно использовать, но лишь в определенной дозировке. Специалисты считают, что норвежцам удалось придумать хитрый способ обходить это ограничение.

Если вводить препарат через небулайзер (специальное устройство для ингаляций), а не с помощью обычной аэрозольной «пшикалки», он быстрее усваивается и покрывает большую поверхность легких. Помимо усиливающегося эффекта, это дает и отличный инструмент для оправдания в случае проблем: рассчитать точную концентрацию при использовании небулайзера сложно, часть лекарства все равно оседает внутри аппарата.

Великий норвежский лыжник Мартин Сундбю (и, разумеется, такой же великий астматик, как Марит Бьёрген) был дисквалифицирован за чрезмерное употребление сальбутамола. Но ненадолго — CAS проявил гуманизм. Видимо, поэтому на зимнюю олимпиаду в Пхенчхан норвежские спортсмены взяли с собой более 6000 доз лекарственных препаратов от астмы. И теперь я в них уверен: не подведут родное королевство.

Когда об этом стало известно, врач сборной Мона Кьелдсберг почему-то засуетилась: «Это правда, что количество доз выглядит для многих очень большим. Я это понимаю. Но если разделить их, цифра не будет выглядеть такой большой. Мы сделали расчет, исходя из того, что было на прошлой Олимпиаде. Мы должны быть готовы охватить потребности 250 человек, за которых мы несем ответственность в течение всей Олимпиады».

Разве можно не войти в положение сердобольной женщины? Шутка ли, обслужить 250 астматиков! Да ей передвижной госпиталь нужен со штатом пульмонологов-реаниматоров. Все же нагрузки у профессиональных спортсменов большие, люди работают просто на износ, отвоевывая медали у здоровых конкурентов, которым допинг принимать запрещено. В смысле, средство от астмы.

Но норвежцы, надо отметить, скромно пользуются безграничными возможностями терапевтических исключений, которые выписывает WADA. Не говоря о наших лохах, привыкших выигрывать честно.

Как пишет РБК, разрешение выдается спортсмену, в случае если аккредитованная антидопинговым агентством или спортивной федерацией медкомиссия, в которую входят не менее трех врачей, установит, что без применения запрещенного вещества состояние здоровья атлета существенно ухудшится, причем альтернативного лечения не существует, а применение такой субстанции в прописанных дозировках не окажет существенного влияния на спортивные результаты.

Наши спортсмены о таких исключениях узнали совсем недавно и продолжают тренироваться, рассчитывая только на свои силы. В своей книге «Магия побед» олимпийская чемпионка по спортивной гимнастике Светлана Хоркина пишет, что о существовании практики терапевтических исключений она узнала только из материалов, опубликованных хакерской группой Fancy Bears в 2016 году.

А нужно всего-то числиться астматиком или организовать себе «синдромом дефицита активности и внимания», как американская гимнастка Симона Байлз. Этой патологически скромной спортсменке благодаря эффективному лечению метилфенидатом, который для остальных считается допингом, удалось завоевать на Олимпийских играх в Рио-де-Жанейро четыре золотые медали.

Справилась с болезнью волевая девчушка. Кто-то должен еще одну повесть о настоящем человеке написать — другим в назидание. Надо ж воспитывать молодежь на положительных примерах. Хватит сидеть на тяжелых наркотиках, как дураки, нужно, как Симона Байлз, — с пользой для себя и для державы.

Полтора года назад по норвежскому телевидению прошел сенсационный сюжет. В нем несколько бывших членов сборной страны признались, что доктор команды рекомендовал им употреблять препараты от астмы, несмотря на то, что лыжники были здоровы. «Я очень удивился, когда врач сказал, что нужно использовать небулайзер просто для профилактики, хотя у меня никогда не было астмы», — рассказал один из спортсменов.

Неужто Мону Кьелдсберг подставили, этого доброго доктора Айболита нашего времени?

Как мне кажется, подходить к делу нужно радикально. Если препарат включен в список запрещенных, то разрешать им пользоваться нельзя никому. А если кому-то он все же позарез необходим по показаниям, то в большом спорте такому спортсмену делать нечего.

Но он может продолжать бороться за медали.

Есть же, в конце концов, паралимпиада. Уверен, что и норвежские астматики, и скромняга Симона Байлз, и теннисистки сестры Вильямс, и остальные две тысячи легально сидящих на допинге атлетов стали бы настоящими звездами среди таких же, как и они, инвалидов.

Рекомендую прочитать или послушать интервью со спортивным юристом Артемом Пацевым на «Эхе Москвы». Он участвовал во многих судебных процессах и довольно подробно рассказывает о том, что уже сделано и что еще будет сделано для реабилитации наших спортсменов.

В частности, зашел разговор о компенсациях, которые наши ребята попробуют получить с МОК. Подавать иск предстоит в суд общей юрисдикции в Швейцарии, где он расположен. Адвоката спросили о суммах исков, но он затруднился ответить. Тогда журналист задал наводящий вопрос.

А.Нарышкин ― 100 тысяч евро – это много или мало?

А.Пацев ― Я думаю, что это мало. 100 тысяч евро – это очевидно мало. Понимаете, спортсмен элитного уровня ― это человек, который с самого детства каждый день помногу часов проливает пот, кровь, слезы и света белого не видит, чтобы участвовать в таких соревнованиях.

Мне такая перспектива нравится. Разденут МОК до нитки, и на этом олимпийское движение закончится.

Здесь же есть интересные ссылки

1. Параалимпиада (тут всё понятно)

2. Стандартная Олимпиада- то, что сейчас, но запрещённые вещества НИКОМУ и ни при каких обстоятельствах принимать нельзя. Никаких исключений. Болеешь?- лечись! Тотальный допинг-контроль.

3. Расширенная Олимпиада. Можно ВСЁ. Хоть борщём в пятку жахайся перед стартом. Никакого допинг-контроля.

Стандартную и Расширенную можно объеденить. Т.е. проводить в одно время и в одном месте, но старты и участники разделены. Т.е. участники одной Олимпиады соревнуются друг с другом, участники другой- так же друг с другом, общих стартов нет.

Добрый день! Мы ведем репортаж с нашей специальной олимпиады.

На нашей олимпиаде отутствует любой допинг-контроль. Да, да, спортсменoв НЕ проверяют на допинг. Совсем. Итак.

— На 27 метров прыгнул финский спортсмен. Очень, очень неплохой результат для шахматиста.

— Тринадцать убитых и шестьдесят раненых. Таков результат неудачного броска в керлинге.

— Только что совершил прыжок с шестом Сергей Бубко. Зрители с нетерпением ждут когда же он, наконец, приземлится.

— Метатели копья сегодня особенно порадовали. Результат — два сбитых Боинга. и один Сергей Бубко.

— Вот уже третий час китайский гимнаст крутится на перекладине.

— Оргкомитет принял решение не выпускать сегодня метателей молота, в целях безопасности.

— А в марафоне традиционно побеждает бегун из Кении. Он единственный, кто добежал до Кении.

— Только что стало известно, что куда-то пропал весь оргкомитет. И на площадку выходят метатели молота.

— Канадский велосипедист впопыхах забывает велосипед. но это не мешает ему прийти к финишу первым!

— Тем временем китайский гимнаст продолжает крутиться на перекладине.

— Метатель молота совершает бросок. и китайский гимнаст, похоже, докрутился.

— И в заключении наше традиционное сорокоборье. Давайте посмотрим выступление российского спортсмена. Вот он пробегает тысячу метров. Прыгает с шестом. Взял штангу. Пробежал стометровку. Положил штангу. Шайбу, шайбу! Шах, мат! Гоооол! Отличный результат! И спортсмен заходит на второй круг.

Новые спортивные рекорды выражались сотыми долями секунды,
что явно доказывало: человеческого тела исчерпаны ресурсы.
А мы себе признаваться не хотели, спорт выглядит занудно,
все эти интриги, это официальность… любимое зрелище спасли инициативные группы!
В 2014-ом подпольно проведена олимпиада
в землях бывшей Голландии за городской свалкой, среди смрада –
тот же бег, то же плаванье, то же копьё, но команда
дисквалифицировалась, если ни одного запрещённого препарата
не приняла перед выходом на спортивный поединок.
Накаченные стероидами новой эпохи спорта кумиры
открыли горизонты запредельных рекордов в основном ценой жизни:
рвались аорты, суставы крошились под напором синтетической силы.
Но это тогда, а сейчас цеха фармацевтики шествуют над олимпиадами,
качественные допинги теперь вкупе с имплантантами
исключают летальный исход. Транслируется сегодня велоспорт
на экран на площади в центре. Народ победы от своего земляка напряжённо ждёт.

Все народы в итоге были интегрированы в единую мировую корпорацию,
но из хромосом не вытравишь память о том, кому нужно надрать задницу.
Именно поэтому сегодня перед экраном беспрецедентный ажиотаж:
на велодорожке житель бывших штатов соединённых, а на соседней – наш.
Спортсмены разминают себе удлинённо-смещённые тазовые суставы,
Характерно отклячив ягодицы, держась за видоизменённые рамы.
Секретные сплавы, звёздочки нарастающего диаметра,
Тренера-медики спешат к участникам: время ввода старт-катализатора.
«Ярослав, давай повторим: если связки сведёт, где релаксин?»
«Отстань, Борисыч, помню. Лучше пусть скажет как там биополя Константин».
Костя не понимал это стрёмное слово «биополе», но, идя по стадиону,
успел колдуна-симанги замкнуть на ведьме парсов. Теперь эти двое
любили друг друга. Костя-шаман из остяко-самоедов,
учуял деда-индейца на дорожке американцев. «Нет, нет, только не это!» –
тихонько подумал. А вслух сказал Ярославу: «Предлагаю модель скачек:
ты, как всегда, будешь верблюд, а я – твой наездник. Ну, с Богом, мой мальчик…

Возможность воплощения динамики прогрессивных идей,
с постоянными «ещё дальше!», «ещё выше!», «ещё быстрей!»
осуществляется усилением имплантантами скелета костей,
а также мозга – ещё умней, ещё красивей!

Знают все: педали быстрей крутишь, когда ты в адреналине.
Не все знают: ещё эффективней, если ощущаешь себя в Ферганской долине
верблюдом на скачках. Такой парадокс двойной одновременности
Ярослав рассматривал с точки зрения его для победы полезности.
Не истерил, когда на его сознание претендовали
единовременно вид велодрома и бега на встрече весны в богом забытом Андижане.
Там ему мошки в глаз попали – сморгнул, обнаружил себя в караване
в пустыне, выбивая из сёдел наездников, из-за дюн их атаковали,
количеством: один старый индеец. И не смог Костя сберечь
в руках уздечку сознания спортсмена. Зря кричал вслед верблюду: речь
людскую звери не дешифруют в понимание.
Верблюд сбежал. А юный шаман веруя, что, дыхание
выравняв, оклемается, скажет тем хиппи,
что его зло приходнуло их курево и чтоб насчёт мест сил больше не приходили.
Но осела пыль, перед Костей – рожа Борисыча, нашатырь.
Берцовый штырь у Ярика вышел из колена. Он лежал без сознания, но ему не больно,
его сознание теперь – корабль пустынь.

Возможность воплощения динамики прогрессивных идей,
с постоянными «ещё дальше!», «ещё выше!», «ещё быстрей!»
осуществляется усилением имплантантами скелета костей,
а также мозга – ещё умней, ещё красивей!

источник

Разговоры о так называемых «норвежских астматиках» начались после публикации о целом арсенале лекарств, которые норвежские спортсмены привезли с собой в Пхенчхан. Всего спортсмены взяли 6000 препаратов от астмы и 10 небулайзеров – специальных устройств для ингаляций. Норвежцы доминируют в лыжах, берут медали и занимают пьедестал полностью. Стало модно ловить хайп и считать, что норвежские спортсмены как минимум мухлюют, прикрываются терапевтическими исключениями. Им можно, а нам нельзя? Где справедливость?

Но на фоне вагона и маленькой тележки из 6000 препаратов почему-то все забывают о британских, голландских и даже российских астматиках. Так что же это за пандемия?

В традиционном понимании болельщика астма – хроническое воспалительное заболевание дыхательных путей с участием разных клеточных элементов. Проще говоря, это то, чем болеет тот парень, постоянно брызгает ингалятором и которому (почему-то) нельзя много бегать. Стереотип.

На самом деле астма бывает, например, бронхиальной или сердечной. Даже, извините, избыточное скопление газов кишечнике – в народе метеоризм – проявление диспепсической астмы. В случае олимпийских атлетов речь идет совершенно о другом виде астмы – exercise-induced asthma. В российской медицине она имеет название «астма физического напряжения». Такое заболевание возникает отнюдь не в детстве, а уже в зрелом возрасте. И, разумеется, при занятиях спортом.

В основном этой болезни подвержены те, у кого есть склонности к астматическим проявлениям и кого «добивают» тяжелейшие тренировки. Несложно догадаться, что чаще всего от нее страдают велогонщики, биатлонисты и лыжники. Особую негативную роль играет холодный воздух. Именно под его воздействием во время частого отрывистого дыхания и может проявиться приступ «астмы физического напряжения». Если с биатлонистами лыжниками все ясно, то почему велосипедисты? Беда в том, что иногда гонки проходят с перепадами высот и температура резко падает. Это также может влиять на появление приступа.

Холодный воздух просто не успевает согреться и попадает в бронхи, вызывая спазм. Спортсмен начинает кашлять. А ведь в таком режиме нужно дышать несколько часов! Холодный воздух промораживает всю дыхательную систему спортсмена. После финиша в раздевалку не войти – кругом забивающий кашель, который проходит через пару часов. Лыжники называют это явление с юморком — «пробить легкие». Вот только при постоянном повторении возникают уже хронические проблемы. Кстати, в обычной жизни спортсмены не чувствуют дискомфорта, но как только физическая нагрузка увеличивается, их тут же накрывает приступ. Диагностировать наличие такой астмы достаточно легко, а начинать терапевтическое лечение просто необходимо как можно скорее. Этим в общем-то и занимаются врачи, например, норвежской команды.

Отвечу сразу – нет, не только норвежский. Но у скандинавов самый большой процент лыжников, естественно основное внимание уделяют именно им. Норвежская пресса опросила лыжников мужской и женской национальной команды. Результаты поразили – из 13 спортсменов семь болели астмой и девять использовали устройства для ингаляции.

Причину выяснили. Теперь развеем миф о том, что одни норвежцы – «астматики».

Начнем с известного всем футболиста Дэвида Бекхэма. Англичанин с детства имеет диагноз «астма». Или легкоатлетка Пола Рэдклифф. А как же швейцарец Дарио Колонья?

Согласно докладу Макларена и в России есть так называемые «астматики». Александр Легков и Илья Черноусов. Вот только в отечественном спорте это сравни с проказой. Зачем прятать факты, зачем вилять? Как это делала, например, президент ФЛГР Елена Вяльбе. Сначала она заявила: «Еще до Игр в Сочи, если я не ошибаюсь, в 2012 году, Легкову и Черноусову был поставлен диагноз – один из видов астмы. Их смотрел в Давосе швейцарский врач, были проведены все необходимые обследования, после чего выписаны медикаменты. Естественно, все было сделано четко по правилам». А спустя некоторое время заняла противоположную позицию: «Многие в российской сборной прошли обследования, но никто не болен. Об астме я никогда не слышала». Это ненормально и очень странно.

Поэтому, друзья, эти пресловутые «астматики» есть везде. Только европейский спортсмен, имея разрешение, не скрывает своего недуга. В России же почему-то от этого открещиваются как от чего-то крамольного. Так и возникают стереотипы и мифы. Кстати, в Европе и разрешение на препараты от астмы получить проще. Потому россияне в том числе ездят на осмотры именно туда. Но необходимость ТИ надо все равно доказывать, а это целый серьезный процесс.

Целый ряд лекарств от астмы просто продаются в аптеке и их можно принимать всем нуждающимся. Просто стоит указать название и количество «пшиков» в день при прохождении допинг-контроля. Для других нужны уже упомянутые ТИ.

Но здесь не обойтись без мнения специалиста. Спортивный врач Сергей Илюков рассказал в интервью одному спортивному изданию, насколько подобные препараты влияют на результат.

«Допустим, кто-то принимает лекарства в терапевтических дозах. Без лечения просвет бронхов, например, 70%. С лекарством – 100%. Преимущества над другими нет.

Может ли он увеличиться до 110%? В норме легкие не являются фактором, ограничивающим работоспособность, то есть увеличение просвета до 110% работоспособности не прибавит. Этот кислород все равно не усвоится, потому что лимитирующим фактором будет гемоглобиновая масса, а не просвет бронхов. Даже если просвет бронхов у тебя станет 110% – пользы в работоспособности ты не получишь.

Принцип, почему препараты запрещены как допинг, иной: при превышении терапевтических доз (то есть при приеме в запрещенных количествах) они имеют анаболический эффект. Растет сила и увеличивается жиросжигание.

Мне смешно читать мнения: ты принимаешь препарат от астмы, у тебя расширяются легкие – значит, ты получаешь больше кислорода. Это стереотипный образ мышления обывателя. А суть-то совсем иная».

Как раз на превышении доз в свое время и попались лыжник Мартин Сундбю и велогонщик Крис Фрум. Но они перешли грань дозволенного, соблазнились, за что понесли наказание.

Друзья, пора отбросить глупые стереотипы и, наконец разобравшись, навсегда забыть о «норвежцах-астматиках». Если, конечно, мы сами не хотим стать жертвами стереотипа «россияне-допингеры».

Читайте также:  Как проверить легкие при астме

источник

по-видимому ето в тему перетренированности. А может и нет. Заодно и к вопросу о допинге.

Нашли тут у меня астму в прошлом году. Нашли случайно. Типа, альвеолы в легких на 30% только функционируют. Никаких проблем не испытывал, только кашель бывало душил по полчаса после серьезных гонок. Подумаешь, великое дело, у могих так, сам видел. Сказали организм, мол, привык, вот и не замечаешь.

А потом сразу, как назло, совпадение, переболел каким-то то гриппом. Мораль такая, что кашель с тех пор (год уже) душит всегда — на работе, дома, итд. Сел на стероиды, кое-как жить можно, но если гоняться, то потом на месяц мука — легкие кусками на снегу остаются (хотя скорости не убавилось, скорее наоборот. стероиды — жуткая весчь).

Так вот и вопрос — кто-нибудь встречался с астмой? Лечился? Вылечливался? Гонялся после етого?

так как врачи ни . не могут ничего сделать, начал сам читать статьи, и нашел, что у 50% лыжнoi элиты (финнов смотрели) — ета самая астма. Постоянное воспаление воздушных путей от контакта с холодным воздухом. Обычными средставми от астмы не лечится. Если вы кашляете после гонок, ето оно и есть, не запускайте. Скорее всего, не разовьется никуда, но знать полезно. Так как если принять ингалятор перед гонкой, легкие можно отрыть (в моем случае — +70% прибавка). Многие спортсемны симулируют астму, чтоб давали препараты.

Сочуствую, понимаю, что интересует в основном прикладной аспект, но по теме есть неплохая книга: «Аллергия и астма для «чайников».

месяц — жуткая одышка и кашель в спокойном состоянии. У меня паника. Перепробовал все лекарства от бронхита — эффекта ноль. Пошел к врачу. Говорю: «у меня, похоже, астма. Аллергия на домашнюю пыль.» Сдал кучу анализов, прошел кучу тестов, выложил кучу денег. Ответ: «Да, у тебя астма. Аллергия на домашнюю пыль». Предложили ингаляции. Но, я выяснил, что к ним быстро возникает привыкание, и без них уже будет не обойтись. Решил — ну его нах.
И что делать в такой ситуации? — на тренировку. Уж лучше я сдохну на трассе, чем в постели. И пошел. Благо, было лето, и такой добавочный раздражитель, как сырой холодный воздух отсутствовал.
Сначала, кашлял так, что думал — все внутренности выплюну. Причем, откашлятся невозможно. Потом, постепенно от тренировки к тренировке, кашель стал ослабевать, одышка уменьшаться. Наконец, в спокойном состоянии стал дышать нормально, правда, вдохнуть полной грудью так и не выходило.
К зиме уже вполне хорошо тренировался. Кашель пропал, дышал более-менее нормально. Правда, оставался еще бронхоспазм в начале тренировки: к пятому км он достигал максимума: в подъем забегал с темнотой в глазах. После 5 км — бронхи открывались, спазм проходил. И всю оставшуюся тренировку работал нормально.
Так продолжалось всю осень и зиму: начинал тренировку со спазма, потом спазм проходил, и я докатывал нормально. Но, стартовать в таком состоянии я не решался — как можно гоняться, когда бронхи свернулись в трубочку.
Однако, месяц за месяцем — спазм постепенно уменьшался. Более того, в спец. литературе я выяснил, что для астматика (и со спазмом на нагрузку) главное — исключить контакт с аллергеном, и заниматься физкультурой для тренировки этого самого спазма, т.е. организм можно приучить.
Я понял, что иду в совершенно верном направлении.Продолжал тренироваться. Добавил зарядку — чтобы спазм случился в это время — а на тренировке уже не мучил.
И вот уже две прошлые зимы обнаглел до того, что стартую. В среднем по десятку стартов за зиму, из них по 4 марафона. И, тьфу-тьфу-тьфу — хоть бы что. Причем, дыхалка за все это время ни разу не становилась ограничивающим фактором.

Сейчас я ЗАБЫЛ, что такое астма. И если случается «контакт с аллергеном» — а я компьютерщик, при разборке компов дышать пылью приходится частенько — сразу бегу на тренировку, чистить бронхи. Помогает.
И за все это время ни разу не использовал никаких противоастматических лекарств.
Астма лечится тренировками, тренировками и еще раз тренировками. Ну, и конечно — не простывать, закаляться. Аллергия аллергией, а вирусы способны побить ослабленные бронхи очень быстро.

но Ваше сообщение натолкнуло на мысль: появляется в этой ветке такое сообщение

Ole Einar Bjorndallen.
Здравствуйте, форумчане!
Я — астматик.
и т.д.

если лишнее останется, могу поделиться .

А раковый корпус может поделиться ЭПО.

В моем адресе надо удалять «ноу спам» вручную. Если пропишу в чистом виде адрес, то из России рекламу публичных домов шлют.

я тоже заметил, что тренироваться можно. И тренировался все ето время, через «немогу». Ну, однако ж, до темноты в глазах не доводил — мало ли что? Вернее, довел один раз, когда гонку на веле ехал. Я тогда круто проехал (уровень профессиональных команд,- ето с астмой, и на веле я всего 2 года езжу), но потом болел неделю. Вот ето и добивает — одно дело, темнота в глазах, но только на вермя гонки, другое дело — неделю после етого на ингаляторах. Такое мне не нужно, так как мне за ето деньги, как профи, не платят. И мы, все- таки для, удовольствия тренируемся, верно?

И твой спасзм вначале тоже исптытваю, он дейцтвительно проходит через полчаса. Описано в литературе. Посему надо разогреваться 30 мин про 80% нагрузке, потом на 3 часа хватает.

Однако. . Никогда у меня этих проблем не было, и неясно, почему нельзя вернуть все, как было. И проблема началась фактически в течение недели. Т.е., типа, неделя гриппа, и на всю жизнь херню вдыхать через трубочку? Несправедливо ето как-то.

То, что твоя астма улучшилась в течение 2 лет, и во время этих двух лет ты продолжал тренироваться, не обязатально означает, что астма улучшилась от тренировок. Может, если бы ты не тренировался, она бы и так пошла? Как насморк за 7 дней, знаешь? Я, пока год тренировался, параллельно принимал заодно припараты. Через полгода стало лучше. Думал, я крут, поборол, а препараты — так, врачи херню всякую прописали. Попробовал сняться с препаратов — все вернулось обратно. Так что тренировки были ни при чем. Всегда хочется верить, что это ты сам боролся, и активно вылечился. Но это не всегда так. Тренировки это, скорее, психологичекая поддержка (типа, пока бегу, я жив). Хотя я замечал, что сразу после тренировок (если не гнаться особо) чувствуешь, что продышался. Ето можно об»яснить — слизь вся выгонятется наружу. Но причина, по которой эта слизь исходно зарождается в легких, никуда не уходит. И черер пару часов всё опять на круги своя вернется. такие дела.

Как раз сейчас выбираю ребенку ингалятор, чтобы подлечить долго не прекращающийся кашель (нгалировать минералкой).
Наткнулась на жуткую рекламу ингаляторов:
—————
ИСТОРИЯ БОЛЕЗНИ
Афанасия Фета зимой сводило с ума постоянное ожидание приступа. Стоило поэту выйти на мороз – и он начинал задыхаться, но и усидеть в четырех стенах никак не мог. З декабря 1892 года Фет отпустил жену за покупками, написал записку: «Не представляю смысла продолжения мучений, сознательно принимаю неизбежное», — и потребовал шампанского со льдом, глоток которого в считанные минуты вызывал у него удушье. Когда секретарша попыталась помешать самоубийству великого поэта, тот пришел в неистовство, ранил ее ножом для бумаг и. умер, но не от астмы, а от кровоизлияния в мозг, или, как тогда говорили, «от удара». Все могло сложиться иначе, окажись в его распоряжении небулайзер, кстати сказать, изобретенный за 20 лет до этого трагического события!
—————
Тут я окончательно прослезилась ))

Куплю, наверное, ему компрессорный Омрон, хотя до конца еще не осознала, нужно ли это.

Да, не ожидал, что тебя так скрутит.

Немного информации для форумчан:

Основная причина роста распространенности астмы — вдыхание продуктов сгорания дизельного топлива. Верно ли это для тебя, Андрей, не знаю, ибо мне неведомо запрещены ли дизеные движки в твоём штате.

Ничего страшного в астме НЕТ! Тем более, что сейчас бронхит с астматическим компонентом проще записать астмой, лечение то идентичное.

В последние годы терапия сильно изменилась: раньше было — адреномиметики, затем гормоны; потом появился интал; сейчас же все делают упор на несистемные кортикостероиды и вводят их через небулайзеры разных видов.

Лечение в 100% даёт эффект.

Причем, необязательно постоянно в течении всей жизни пользоваться небулами от AstraZeneka, возможен и полный отказ от лекарственных средств (но не у всех). Напомню, что у физкультурников выработка собственных глюкортикоидов повышается.

PS. Андрей, конечно дистанционно такой диагноз не ставится, но у меня есть сомнения в его правильности (рынок противоастматических средств растет как-то неестественно быстро). Андрей, вспомни про Vioxx, и чем вся эта история завершилась.

Про астму у Фета — ага, четко сработала реклама. Смертельные случаи есть, но есть они и от гриппа. Думаю, от гриппа раз етак в 100 чаще.

я вот нашел решение такое — шарф на рот повязывать на лыжне. Попробуйте, не так стремно. Достал еще маску с филтром. Увлажняет/утепляет воздух. Ничего, только на Лорфда Вейдера из Звездных Войн похоже.

Вентолин. Он же Албутерол. Химический аналог адреналина. Раньше помогал, теперь нет — насытились рецептроры к адреналину.

Серевент — вот на нем и сидим, тенденция в ту же сторону что и Вентолин.

а вот про плазмофорез впервые слышу — что такое? Просветите.

Хорошо, когда точен известен аллерген/условие. Полсностью согласен с уникальностю каждого случая, однако, так как симтом один, точки соприкосновеня долзны быть. У меня пока что потенцианльный список такой:

-химия и стресс на работе
-катание по 12 ч в неделю на веле/лыжах. Лыжи на высоте 2 км при влажности 0%.
-если дизель, то вел может и с ним связан, так как вел дорожный (но не по магистралям). Однако, Эдуард, ты ето явно из контеста выдернул. Мне бы цифру, тогда другое дело.
-цветение травок в Калифорнии 12 месяцев в году (так и есть), и иногда травки курение (шютка). Калифорния — рай только для Агузаровой.
-и т.д.

Эд, 100% снятие симптомов — ето у людей, которые пиво дима пьют. Я думаю, они бы и за 10% моих легких пол-жизни отдали. А если ты из легких последние 5% выжимаешь, когда через горный перевал х***чишь.

Ничего страшного в астме, конечно, нет. Только вот жена мне бальными танцами предалагает уже заняться вместо спорта. Там и соревноваться можно, и семейная жизнь крепнет. Так что, если что — в красноярск Власову свои 10 пар лыж и 5 пар роллеров пошлю, там они пригодятся.

да, виокс был не фонтан. Ксати, то, что ты меня тогда про сердце пугал, было зря. Я перепугался, год ходил к кардиологам, потм есчо валерианкой и прозаком от испуга лечился. А вот про легкие ты мне не сказал.

А чего далеко ходить — кортикостероиды вызывают катаракту. Грамотоно говоря, вероятность ее появления возрастает в 5-10 раз (точное число не помню, сорри). По-моему, только асприн пока что полностью безвреден.

Я в студенческие годы год работал кочегаром в котельной на нашей лыжной базе. Сутки в неделю. На инвентарь зарабывал. Надышался угольной пылью — жуть.

А по поводу :
«То, что твоя астма улучшилась в течение 2 лет, и во время этих двух лет ты продолжал тренироваться, не обязатально означает, что астма улучшилась от тренировок. Может, если бы ты не тренировался, она бы и так пошла? Как насморк за 7 дней, знаешь?» —
Не могу согласиться. Во-первых, мы не определились с определением «астмы». Как таковое заболевание — прошло или нет, я судить не могу, т.к. у врача за описываемые годы не был, и повторно не обследовался. Тест у врачей прост: вентиляция (скорость выдоха) «всухую» сравнивается с выдохом после применения ингаляторв (что туда напихано — не знаю). Если ингаляторы работают — значит астма есть. Я лишь подавил тренировками два основных проявления: кашель и бронхоспазм. Разумеется, воздействие аллергена я не выдержу.
Пораженные бронхи компенсировались растяжкой здоровых, увеличением ЖЕЛ.
А лечусь я всегда только тренировками. Причем, практически от всего. А уж от аллергии и простуды — только тренировками.
Например, аллергия: первый раз когда вылезло — я лежал с температурой 37.1 и красной сыпью две недели. Второй раз — лежать было некогда — шли соревнования. Сам бежать я, ессно, не мог, но меня попросили одеться и погонять своих товарищей. Так я и поступил. Только, кроме «погоняния» я их еще и в горку потолкал . Т.ч. попотель пришлось. На утро еще шатало, но сыпь почти прошла и температуры не было. Я тут же приступил к тренировкам. Третий раз ( и последний — к лекарствам я теперь отношусь с огромной осторожностью) — как только я почувствовал симптомы отравления — костюмчик — и на кросс. Вернулся с кросса здоровым. Вот и сравнивай: две недели постели vs одного хорошего кросса. И это при том, что аллергия имеет свойство усиливаться. Т.е. иммунитета от нее не бывает.
Слышал теорию, что во время нагрузки с годами начинают вырабатываться определенные химические вещества (видимо, для адаптации к нагрузке), которые по действию подобны наркотикам. И спортсмен со стажем в прямом смысле «садится на иглу», становится зависим от тренировок. И реадаптация проходит обычно болезненней, чем сама адаптация. Наверное потому, что нагрузку мы увеличиваем очень постепенно, с годами. А бросаем сразу и вдруг.
По поводу лечения тренировками, я себе объясняю это так: тренировка является мощнейшим стрессом для организма. И чтобы преодолеть этот стресс организм мобилизует все возможные резервы и ресурсы. А также уничтожает в себе все, что хоть как то мешает выдержать стресс. Т.е. многократно усиливаются обменные процессы и иммунитет. Про выработку анальгетиков и пр. всем давно известно.
А в постели спортсмен не лечится. Т.к. время между тренировками для организма спортсмена — время полного расслабления. В это время организм вообще не борется.
Единственный случай обязательного применения лекарств — уничтожение инфекции. Токсическое воздействие их иногда так сильно, что ждать, когда организм сам справится — самоубийство.

источник

Астма физического усилия представляет собой респираторное расстройство, наиболее часто проявляющееся приступами кашля на фоне физической нагрузке. Данное состояние является довольно распространенной патологией среди спортсменов, особенно занимающихся зимними видами спорта.

Предпосылки и терминология

Возрастающий интерес к астме физического усилия связан с одной стороны, с нередкими случаями недостаточной диагностики данного состояния, что в свою очередь приводит к тому, что спортсмены не получают необходимой терапии; с другой стороны с тем, что не прекращаются споры о возможности применения в спорте ряда противоастматических препаратов.

Основными признаками любой астмы (не только связанной с физической нагрузкой) являются: обратимая обструкция дыхательных путей, проходящая на фоне лечения, гиперреактивность бронхиального дерева и хроническое воспаление дыхательных путей.

На сегодняшний день существует несколько подходов к классификации симптомов бронхоспазма на фоне физической нагрузки.

Первый выделяет понятие постнагрузочного бронхоспазма и используется в тех случаях, когда у спортсмена ранее не было установлено диагноза бронхиальной астмы.

Второй подход не разделяет этих понятий и вне зависимости от того, развивается бронхоспазм у спортсменов-астматиков или нет, и предлагает в обоих случаях использовать понятие «астма физического усилия».

Среди больных бронхиальной астмой распространенность астмы физического усилия составляет от 50 до 90%, среди здоровых людей – от 5 до 20%, и несколько выше (10-50%) частота астма-подобных симптомов на фоне нагрузки у профессиональных спортсменов. При наличии тех или иных форм аллергии частота астмы физического усилия ожидаемо выше, чем в популяции и может доходить до 30%.

В таблице 1 представлена распространенность астмы физического усилия среди спортсменов в зависимости от вида спорта. Обращает на себя внимание высокая частота патологии среди спортсменов, занимающихся зимними видами спорта и у пловцов.

Таблица №1 Распространенность астмы физического усилия среди спортсменов, занимающихся различными видами спорта

Распространенность астмы физического усилия, %

Все олимпийские виды спорта

Вопрос о влиянии холодного воздуха, как провоцирующего фактора астмы физического усилия, поднимается многими авторами. Так, в ряде исследований было показано, что вдыхание холодного воздуха приводит к достоверному повышению уровня маркеров воспаления (в частности, гранулоцитов) даже у здоровых индивидуумов (K. Larsson et al, ERJ 1998, 12, 825-830).

Если сравнивать распространенность астмы физического усилия между хоккеистами с шайбой и спортсменами, играющими в хоккей на траве, то частота заболевания среди первых практически в 5 раз выше (19,2% и 4,9% соответственно), что косвенно свидетельствует о негативном влиянии холодного воздуха на реактивность бронхов.

На сегодняшний день существует несколько теорий, объясняющих патогенез астмы физического усилия, наиболее содержательными из которых являются теория гиперосмолярности и теория перегрева.

Теория гиперосмолярности основана на том, что при интенсиных нагрузках происходит потеря жидкости дыхательными путями, в результате чего повышается осмолярность сурфактанта, что, в сою очередь приводит к миграции в клетки дыхательных путей медиаторов воспаления, вызывающих бронхоконстрикцию. Среди данных медиаторов наибольшее значение имеют гистамин, простагландины, лейкотриены, которые способны вызывать не только бронхоконстрикцию, но и хроническое повреждение дыхательных путей вследствие воспаления и ремоделирования.

Теория перегрева предлагает другой механизм астмы физического усилия. Он состоит в том, что гипервентиляция на фоне физической нагрузки приводит к охлаждению клеток верхнего слоя дыхательных путей. По окончании нагрузки процесс согревания дыхательных путей происходит в результате дилатации мелких бронхиолярных сосудов. Гиперемия дыхательных путей вызывает экссудацию подслизистый слой дыхательных путей жидкой части крови с содержащимися в ней медиаторами воспаления и бронхоконстрикции.

Обе теории патогенеза астмы физического усилия сходятся в том, что вне зависимости от механизма, вызвавшего экссудацию медиаторов воспаления, бронхоконстрикция обусловлена именно влиянием последних.

В типичных случаях клиническая картина астмы физического усилия складывается из таких симптомов, как кашель, одышка, удушье, болезненные ощущения в грудной клетке. Однако могут возникать и атипичные проявления астмы: головокружение, усталость, мышечные судороги и даже боли в животе. У некоторых спортсменов астма физического усилия проявляется в виде снижение выносливости и спортивной работоспособности без видимых на то причин.

Первое, на что следует обратить внимание в ходе диагностики астмы у спортсменов, это анамнестические указания на: любые проявления аллергии в детском возрасте (включая, сенную лихорадку, конъюнктивит, атопические дерматиты);наличие аллергический настроенности у ближайших родственников; случаи стойкого кашля, не проходящего после разрешения простудных заболеваний, а также на сами «простуды», протекающие без лихорадки или других признаков сезонных инфекций.

Читайте также:  Психотерапия для лечения бронхиальной астмы

При объективном обследовании необходимо исключить заболевания, сопровождающиеся сходной симптоматикой:

патология голосовых связок,

заболевания сердечно-сосудистой системы.

Наличие или отсутствие аускультативных феноменов над легочными полями поможет оценить степень бронхиальной обструкции в покое.

Золотым стандартом в диагностике астмы является исследование функции внешнего дыхания в ходе спирометрии. Диагностическими критериями будут являться: снижение объема форсированного выдоха за первую секунду (ОФВ-1), снижение индекса Тиффно и повышение ОФВ-1 после ингаляции ß-агониста на 12% и более, то есть обратимый характер обструкции. Если после проведения спирометрии остаются сомнения в диагнозе бронхиальной астмы, допустимо проведение провокационных тестов (с физической нагрузкой или медикаментами).

Если сравнивать астму физического усилия у спортсменов с атопической бронхиальной астмой, то в лабораторной картине можно выявить ряд различий, в частности, по типу клеток, уровень которых повышается в крови в большей степени. При атопической бронхиальной астме, как правило, наблюдается эозинофилия, в то время как при астме физического усилия в большей степени повышается уровень нейтрофилов.

Основными целями лечения астмы физического усилия у спортсменов является профилактика приступов удушья и нормализация функции легких. Начинать лечение необходимо с устранения возможных провоцирующих факторов (аллергенов), обучающих программ и лишь затем переходить к медикаментозному лечению.

Лекарственные препараты, используемые в лечении астмы, делятся на:

базовые противовоспалительные препараты (ингаляционные глюкокортикостероиды, антагонисты лейкотриенов);

средства профилактики приступов удушья перед нагрузкой (ß2-агонисты короткого или длительного действия).

ß2-агонисты – наиболее эффективные препараты симтоматического действия при астме, созданы удобные и действенные их комбинации с глюкокортикоидами, однако их применение у спортсменов было долгое время ограничено теоретической возможностью влиять на спортивные результаты.

К настоящему моменту завершен мета-анализ, включивший в себя 20 рандомизированных, плацебо-контролируемых исследований, посвященных оценке возможности ß2-агонистов улучшать спортивные показатели.

Повышение работоспособности было продемонстрировано лишь в трех исследованиях из 20, что проявлялось улучшением лишь ряда отдельных показателей функциональных тестов (в частности, теста Вингейта). Однако данный эффект наблюдался у испытуемых, которые не были профессиональными спортсменами. Также не было отмечено улучшения физического состояния спортсменов на фоне ингаляции ß2-агонистов после переохлаждения.

В отличие от ингаляций ß2-агонистов, применение сальбутамола внутрь может улучшать мышечную силу и физическую выносливость. Однако доза, необходимая для достижения этих эффектов в 10-20 раз превышает дозы, применяемые ингаляционно. Таким образом, на сегодняшний день нельзя сказать, что существуют основания для лишения спортсменов-астматиков необходимого им лечения. Отчасти на основании этих данных с 1 января 2010 сальбутамол и сальметерол, применяемые в виде ингаляций, исключены из Списка субстанций, запрещенных ВАДА, для спортсменов с подтвержденным диагнозом астмы.

БРОНХИАЛЬНАЯ АСТМА И НАРУШЕНИЯ ДЫХАНИЯ ВО ВРЕМЯ СНА

Расстройства дыхания во время сна у больных БА могут быть объединены в собирательный термин обструктивные нарушения дыхания во сне (ОНДС). Сочетание ОНДС и БА рассматриваемой в рамках хронической обструктивной болезни легких (ХОБЛ), известно как «синдром перекреста» (OVERLAP syndrome), за счет взаимного утяжеления двух составляющих. Ночная гипоксемия, являясь результатом комбинации двух причинных факторов (обструктивного синдрома при ХОБЛ/БА и ночных апноэ) значительно превосходит значения гипоксемии больных, имеющих лишь одну из указанных патологий. Как результат все показатели механики дыхания и газообмена хуже, чем в раздельных группах, что определяет тяжесть состояния и неблагоприятный прогноз. В связи с этим большое значение приобретает правильная трактовка клинических данных, так как верификация и лечение ОНДС могут значительно повысить качество жизни больных БА за счет повышения контроля за течением заболевания.

Виды нарушений дыхания во сне, классификация, основные положения.

С патофизиологической точки зрения рассматривают следующие нарушения дыхания во время сна — апноэ и гипопноэ. В соответствии с международной классификацией расстройств сна 1990 года апноэ определяют, как эпизоды полного отсутствия дыхательного потока длительностью не менее 10 сек., со снижением насыщения крови кислородом (SaO2) на 4% или более. Гипопноэ — как уменьшение воздушного потока более чем на 50% от исходного в течение не менее 10 сек. со снижением насыщения крови кислородом (SaO2) на 4% или более.

По механизму развития выделяют обструктивные и центральные апноэ/гипопноэ. При этом обструктивные апноэ/гипопноэ (А/Г) обусловлены закрытием верхних дыхательных путей во время вдоха, а центральные А/Г — недостатком центральных респираторных стимулов и прекращением дыхательных движений.

Для оценки ночного паттерна дыхания используют следующие харатеристики:

количество и тип апноэ/гипопноэ — обструктивные, центральные.

индекс апноэ-гипопноэ (ИАГ) — частота приступов апноэ и гипопноэ за 1 час сна.

насыщение крови кислородом (сатурация, SaO2), отражающее степень выраженности гипоксических изменений во время сна,

индекс десатураций (ИД) — число эпизодов снижения SaO2 более чем на 4%, связанных с эпизодами расстройств дыхания за 1 час сна;

величина десатурации (%) — средняя величина падения SaO2;

максимальная сатурация (макс. SaO2) — максимальное значение сатурации во время эпизодов дыхательных расстройств за все время сна;

минимальная сатурация (мин. SaO2) — минимальное значение сатурации во время эпизодов дыхательных расстройств за все время сна;

средняя сатурация (ср. SaO2) за все время сна.

В клинической практике часто используется термин синдрома обструктивного апноэ сна (СОАС), под которым понимают повторные эпизоды обструкции верхних дыхательных путей (ВДП), возникающие во время сна, приводящие к прекращению воздушного потока дыхания, что сочетается с уменьшением насыщения крови кислородом и избыточной дневной сонливостью.

Эпидемиология обструктивных нарушений дыхания во сне и БА.

К настоящему времени проведено большое количество работ по изучению распространенности ОНДС. Тем не менее, если рассмотреть данные двух последних наиболее крупных эпидемиологических исследований со схожим дизайном и методами оценки, то результаты во многом будут одинаковыми и составят (при ИАГ> 5соб/ час ) для мужчин в среднем 30%, для женщин 25%. (табл. 2).

Распространенность ОНДС по данным наиболее крупных эпидемиологических исследований

Распространенность ОНДС при ИАГ > 5соб/час

Распространенность ОНДС при ИАГ >15соб /час

Как оказалось, сочетание БА с ОНДС также достаточно распространено в популяции (23%-46%). M. Drummond и соавт. (2003) сообщают, что ОНДС были выявлены в 23,1% у больных легкой персистирующей астмой, в 46, 2% в случаях БА средней степени тяжести и 30,8% при тяжелой астме. Uluvark T. и соавт. (2004) у 42% больных БА выявили ОНДС. По данным M.Teodoresku и совт. (2005) 33% мужчин и 49% женщин страдающих БА имеют ту или иную тяжесть ОНДС, в том числе храп отмечали у себя 81% исследуемых. Схожие данные представили A.N. Annakkaya и соавт. (2006), отметив храп у 75,5% БА и ночные остановки дыхания в 35,1%.

Патофизиология и факторы риска обструктивных нарушений дыхания во сне при БА

Величина сопротивления дыхательных путей зависит от их просвета, силы вдоха, тонуса мускулатуры, анатомических образований и возможных сопутствующих патологических состояний. Любые состояния, приводящие к сужению глоточного сегмента ВДП, предрасполагают к развитию ОНДС (Mangat E., Orr W.C., Smith R.O., 1977; Martin R.J., 1986; Carrera M. et al., 2004). В частности, любые патологические изменения внутриносовых структур делают направление воздушной струи еще более турбулентным, чем в норме, приводя сначала к вибрации мягкого неба, а затем и коллапсу стенок глотки. Кроме того, затруднение носового дыхания вследствие как правило сопутствующих аллергической и/или вазомоторной риносинусопатии при БА, часто вынуждает спящего перейти на дыхание через рот, а это, в свою очередь, ведет к снижению тонуса дилататоров глотки — m.genioglossus и m.geniohyoideus. В результате прохождение воздушного потока через суженные отделы ВДП приводит к соответственному снижению давления на окружающие ткани на этом участке и втяжению мягкотканных структур глотки, гортани на фоне пониженного тонуса мышечных образований, в том числе мягкого неба и небного язычка, которые смещаются в их просвет, формируя глоточный коллапс. Поскольку эти ткани обладают упругостью, они расправляются и вибрируют при каждом вдохе, приводя к храпу, а любое завихрение воздушного потока усиливает этот эффект.

В пользу того, что избыточная масса тела является одним из факторов риска ОНДС свидетельствуют многие проведенные крупные популяционные исследования (Olson L.G. et al., 1995; Enright P.L. et al., 1996; Shinohara E. et al., 1997; Rollheim J., Osnes T., Miljeteig H., 1997; Newman A.B. et al., 2001). Воздействие ожирения реализуется, прежде всего, через жировую инфильтрацию стенок глотки и отложения жировой клетчатки в латеральных парафарингеальных пространствах, что ведет к ослаблению эластического компонента стенок глотки и увеличению боковой нагрузки на них, что подтверждается результатами компьютерной томографии (Schwab R. et al., 1993; Бузунов Р.В., Ерошина В.А., 2004). Косвенным подтверждением этого служат выводы, сделанные в работах Katz и соавт. (1990), J.R. Stradling, J.H. Crosby (1990), R.J. Davies, J.R. Stradling (1990), R.J. Davies и соавт. (1992), V. Hoffstein, S. Mateika (1992), что объем шеи и талии из антропометрических показателей является наиболее сильным предиктором величины ИАГ. К похожему заключению пришли в своих работах R.P. Millman и соавт. (1995), E.И. Shinohara соавт. (1997), A.B. Newman и соавт. (2001), продемонстрировав, что центральный (абдоминальный) тип ожирения более предрасполагает к развитию обструктивных апноэ во сне. Кроме того, вследствие увеличения абдоминального жира, возможно развитие гиповентиляции, способствующей развитию как гипоксемии и гиперкапнии с последующим нарушением хеморецепторной чувствительности, так и рефлекторному снижению активации мышц ВДП.

Таким образом, реализация обструкции ВДП во время сна в патологическое состояние происходит следующим образом. Зона, в которой наступает нарушение проходимости верхних дыхательных путей во время сна, может находиться в нижней части носоглотки и/или ротоглотке, на уровне мягкого неба и корня языка или надгортанника. Человек засыпает, происходит расслабление мышц глотки и увеличение подвижности ее стенок. Один из очередных вдохов приводит к полному спадению дыхательных путей и прекращению легочной вентиляции. При этом дыхательные усилия не только сохраняются, но и усиливаются в ответ на гипоксемию. Если принять во внимание часто сопутствующие БА отек и воспаление верхних дыхательных путей, а также выраженные рефлекторные связи глотки с дистальными бронхами, то можно предположить, что апноэ/гипопноэ сна вызывают ухудшение проходимости нижних дыхательных путей, провоцируя ночные приступы удушья у больных БА. С другой стороны, сохраняющаяся активность дыхательных усилий в условиях гипоксемии еще более усиливает энергетические затраты дыхательной мускулатуры. В результате в условиях гипоксемии, а в ряде случаев и гиперкапнии при увеличении энергетических затрат дыхательной мускулатуры у больных БА в сочетании с ОНДС могут возникать дополнительные условия для формирования дисфункции дыхательных мышц. Клиническим проявлением этого будет нарастание одышки. С другой стороны, развивающиеся гипоксемия и гиперкапния являются стимулами, которые ведут к реакциям активации, т.е. к переходу к менее глубоким стадиям сна, так как в более поверхностных стадиях степени активности мышц-дилататоров верхних дыхательных путей оказывается достаточно, чтобы восстановить их просвет. Однако, как только дыхание восстанавливается, через некоторое время сон вновь углубляется, тонус мышц-дилататоров уменьшается, и все повторяется вновь. Описанные выше циклические изменения ведут к существенному нарушению ночного сна. Именно поэтому, сон у таких пациентов не выполняет своей функции восстановления, что приводит к повышенной дневной сонливости. Так как понятие сонливости является достаточно субъективным, некоторые пациенты могут описывать свое состояние как ощущение усталости или утомляемости в течение дня. При крайне выраженной сонливости возможны императивные засыпания во время беседы, еды, прогулок или при вождении автомобиля.

Диагностика ОНДС основывается на выявлении основных симптомов заболевания и объективной регистрации ночного паттерна дыхания методом полисомнографии.

Храп, остановки дыхания во время сна, ночные приступы удушья, избыточная дневная сонливость являются основными симптомами, позволяющими предположить сочетание БА и ОНДС. Известно, что в клинической картине больных БА более чем в половине случаев встречается жалоба на дневную сонливость. Однако, результаты статистического анализа убедительно продемонстрировали, что предиктором сонливости являются не симптомы астмы, а маркеры ОНДС, такие как ночной храп, ночные остановки дыхания, индекс апноэ/гипопноэ.

Сочетание ОНДС и БА неблагоприятно сказывается, прежде всего, на течении БА, за счет увеличения нестабильности дыхательных путей, повышая их гиперреактивность и ухудшая бронхиальную проходимость. Именно этим можно объяснить результаты M. Drummond и соавт. (2003), M.Teodoresku и совт. (2005), которые обратили внимание на увеличение тяжести БА с увеличением тяжести ОНДС.

В связи с этим можно выделить два клинических аспекта этой сочетанной патологии:

с одной стороны это роль ОНДС как триггера ночных приступов удушья и увеличение тяжести БА.

с другой- ночная гипоксемия, являясь результатом комбинации двух причинных факторов (обструктивного синдрома при БА и ночных апноэ/гипопноэ) значительно превосходит значения гипоксемии пациентов, имеющих лишь одну из указанных патологий, приводя к формированию ХДН.

Таким образом, упорное и плохо-контролируемое течение БА во многом может быть за счет сочетания с ОНДС. Вследствие этого особенно важным представляется мониторирование ночного паттерна дыхания с целью объективизации возможных нарушений.

Оценка объективного статуса

Физикальное исследование имеет ограниченную диагностическую ценность. Клинические признаки ОНДС обычно ограничиваются избыточной массой тела или ожирением, преимущественно абдоминального типа, а также сопутствующими нарушениями со стороны ВДП и имеют невысокую специфичность и чувствительность, так как представлены в половине исследуемых случаев.

Полисомнография представляет собой синхронную регистрацию во время сна респираторной активности на основе регистрации воздушного потока на уровне рта и носа, дыхательных движений грудной клетки и брюшной стенки, насыщения крови кислородом, электрокардиограммы, а также электроэнцефалограммы, электроокулограммы и электромиограммы. Дополнительно может проводиться регистрация положения тела пациента в постели в течение всего сна, запись ЭМГ с m. tibialis anterior, пищеводная — pH-метрия для выявления гастроэзофагального рефлюкса, видеомониторирование.

Показания для ПСГ больным БА:

больным с жалобами на ночные приступы удушья

больным, имеющих показания к длительной постоянной кислородотерапии;

больным с нарушениями сна, храпом, утренними головными болями, дневной усталостью или избыточной дневной сонливостью.

Тяжелое течение БА, неконтролируемая БА

Критериями степени тяжести ОНДС служат число и длительность эпизодов А/Г за 1 час ночного сна. Заслуживают внимания последние рекомендации Американской академии медицины сна, опубликованные в 1999, в соответствии с которыми выделяют три степени тяжести ОНДС (табл. 1)

Классификация тяжести ОНДС (Американская академия медицины сна, 1999

Современные походы к лечению ОНДС у больных БА выделяют, как этиотропную терапию, направленную на устранение факторов риска, так и патогенетическое лечение, направленное на восстановление проходимости дыхательных путей во время сна и поддержание нормального газового состава крови.

Так как ожирение является фактором риска развития ОНДС, то соответственно и меры, направленные на снижение веса, должны быть эффективными в плане лечения ОНДС при БА. Не смотря на то, что достаточно много работ по изучению эффективности снижения массы тела, как методом разгрузочно-диетической терапии, так и хирургическим, было проведено, все они изучали небольшие группы больных ОНДС, и контролируемых проспективных исследований среди них не так много (Rajala R., Partinen M., Sane T. et al., 1991; Suratt P.M., McTier R.F., Findley L.J. et al., 1992; Kiselak J., Clark M., Pera V. et al., 1993; Nahmias J., Kirschner M., Karetzky M.S., 1993; Pillar G., Peled R., Lavie P., 1994; Noseda A., Kempenaers C., Kerkhofs M. et al., 1996; Kansanen M., Vanninen E., Tuunainen A. et al., 1998). Тем не менее, в большинстве из них снижение массы тела сопровождалось уменьшением тяжести ОНДС, что являлось дополнительным подтверждением роли ожирения в генезе ОНДС, но подобный эффект отмечался не у всех лиц, что требовало поиска в других методах лечения.

Хирургическая коррекция патологии ВДП, имеющей большое значение в развитии как БА, так и ОНДС, приобретает большое значение. В работе E. Mangat et al. (1977) удаление гипертрофированных нёбных миндалин привело к нормализации дыхания во сне. Описаны случаи, когда к уменьшению тяжести ОНДС привело устранение девиации носовой перегородки (Powell N.B. et al., 1994; Heimer D. et al., 1983; 2002). Известно, что в 1981 году S. Fujita описал методику новой операции — увулопалатофарингопластики (УПФП). Суть ее заключается в удалении миндалин, сшивании дужек и иссечении язычка с частью мягкого нёба, увеличивая пространство ротоглотки и устраняя возможность закрытия просвета ВДП в этом сегменте. Это послужило толчком для дальнейшего развития хирургических методов лечения ОНДС (Овчинников Ю.М. и соавт. 1995; Лопатин А.С. и соавт., 1998; 2001; Овчинников Ю.М., Фишкин Д.В., 2000). Однако анализ отдаленных результатов показал низкую эффективность метода, особенно при тяжелых формах в сочетании с ожирением (Cohn M. A., 1986). В последние годы разрабатывались новые, менее инвазивные методы лечения, но также при умеренных и тяжелых формах синдрома обструктивного апноэ сна, особенно у пациентов с ожирением, эффективность данных методик была низка (Coleman E.L., Mackay T.W., Douglas N.J., 2002; Li Y., Yue Z., Liang M., 2003; McLean H.A., Urton A.M., Driver H.S. et al., 2005).

Коррекция гипоксемии с помощью кислорода является наиболее патофизиологически обоснованным методом терапии дыхательной недостаточности. Использование кислорода у больных с хронической гипоксемией должно быть постоянным, длительным и, как правило, проводиться в домашних условиях. В ночное время, при физической нагрузке и при воздушных перелетах необходимо увеличивать поток кислорода, в среднем, на 1 л/мин по сравнению с оптимальным дневным потоком. Также в связи с тем, что ночная оксигенотерапия у пациентов с ОНДС может увеличивать продолжительность эпизодов апноэ, за счет снижения гипоксической стимуляции дыхательного центра в ответ на искусственную оксигенацию, выбор адекватного уровня кислородотерапии является показанием для проведения полисомнографии у больных БА.

Патогенетическая терапия. Лечение постоянным положительным давлением в дыхательных путях во время сна — СиПАП-терапия

СиПАПтерапия- один из вариантов «респираторной поддержки» с применением вспомогательной вентиляции постоянным положительным давлением в дыхательных путях во время сна, направлен на нормализацию ночного паттерна дыхания. В англоязычной литературе сам метод и применяемые для его проведения аппараты обозначают сокращенным термином «CPAP» (Continuous Positive Airways Pressure), что переводится, как постоянное положительное давление в дыхательных путях. Этот термин, в русской аббревиатуре «СиПАП», привился и в отечественной литературе. Метод был предложен в 1981 г. C.E. Sullivan. Принцип его сводится к расширению воздухоносных путей под давлением нагнетаемого воздуха, препятствующего их спадению. В условиях сомнологического центра под контролем ПСГ проводился подбор индивидуального вентиляционного режима лечения для каждого пациента с определением оптимального уровня положительного давления воздуха, нормализующего ночной паттерн дыхания. Отмечено, что проведение СиПАП-терапии у больных БА с ОНДС позволяло значительно повысить качество жизни больных БА за счет повышения контроля за течением заболевания.

Таким образом, не вызывает сомнений, что ОНДС являются не только самостоятельной, но и весьма значимой причиной формирования внутренней патологии, влияя на течение многих хорошо известных заболеваний, в том числе и БА.

источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *